Фотоматериалы
Фотография к публикации
В рамках недели борьбы с антимикробной резистентностью (в честь Всемирной недели правильного использования противомикробных препаратов) врач-эпидемиолог Хирургического центра – Анжела Айшаева рассказала, что такое антимикробная резистентность и какие факторы риска есть при нерациональном назначенииантибиотиков. Антимикробная резистентность (АМР) — это способность микроорганизмов (бактерий, вирусов, грибков и паразитов) становиться устойчивыми к противомикробным препаратам, которые ранее были эффективны для их лечения. Антимикробная резистентность (АМР) признана Всемирной организацией здравоохранения одной из десяти главных угроз глобальному здоровью. По прогнозам, к 2050 году число смертей от устойчивых инфекций может достигнуть 10 млн ежегодно. В Российской Федерации ежегодно регистрируется до 2,3 млн случаев внутрибольничных инфекций (ВБИ), значительная часть которых обусловлена устойчивыми штаммами. Кабардино-Балкарская Республика (КБР) характеризуется высокой интенсивностью госпитального оборота и ограниченными ресурсами инфекционного контроля, что делает регион уязвимым для распространения резистентных возбудителей. Проведён ретроспективный анализ данных федерального мониторинга АМР (ЦНИИ эпидемиологии Роспотребнадзора) и региональногомониторинга МЗ КБР за 2020–2023 гг. В выборку включены клинические изоляты из 15 многопрофильных стационаров Центрального федерального округа (ЦФО) и 9 больниц КБР. Идентификация видов и определение чувствительности проводились стандартными бактериологическими методами и автоматизированными системами (Vitek-2, bioMérieux), интерпретация — по критериям EUCAST 2023. Статистическая обработка выполнена в пакете SPSS 26.0. Результаты ретроспективного анализа: 1. Общероссийские тенденции. Устойчивость к карбапенемам у Klebsiella pneumoniae возросла с 18 % в 2020 г. до 34 % в 2023 г.; у Pseudomonasaeruginosa к цефтазидиму — с 22 % до 38 %. Уровень метициллин-резистентного Staphylococcusaureus (MRSA) остаётся стабильно высоким (28–30 %). 2. Региональные особенности КБР. За 2020–2023 гг. зарегистрировано 122 случая ВБИ (13,0 на 1 000 пациентов), что превышает среднероссийский показатель (11,4). Доля устойчивых грамотрицательных бактерий: Klebsiella pneumoniae — 28 % (к меропенему), Pseudomonas aeruginosa — 32 % (к цефтазидиму), Acinetobacter baumannii — 38 % (множественная резистентность). Уровень MRSA составил 26 %, при этом 84 % штаммов обладали антилизоцимнойактивностью, что коррелирует с повышенной способностью к персистенции в лечебных учреждениях. У 67 % пациентов с устойчивыми инфекциями в анамнезе отмечалось предыдущее назначение антибиотиков широкого спектра без подтверждённого бактериологического диагноза. 3. Внебольничные инфекции. В структуре ИППП КБР выявлен рост устойчивости Neisseriagonorrhoeae к ципрофлоксацину (47 % в 2023 г. против 29 % в 2020 г.), что требует пересмотра стандартов терапии. Полученные данные подтверждают, что КБР демонстрирует типичную для Южного федерального округа картину: высокая доля ВБИ, преобладание устойчивых грамотрицательных бактерий и умеренный уровень MRSA. Ключевые факторы риска — нерациональное назначение антибиотиков, отсутствие локального мониторинга в режиме реального времени, низкая осведомлённость врачей о текущих уровнях резистентности. Внедрение цифровых систем (
AMRhub.ru , AMRcloud.net ) в пилотных стационарах ЦФО позволило снизить уровень нерационального назначения антибиотиков на 18 % и сократить частоту ВБИ на 12 %. Аналогичные проекты рекомендованы к адаптации в КБР. Перспективными направлениями остаются разработка региональных формуляров антимикробных препаратов с учётом локальной эпидемиологической ситуации, усиление инфекционного контроля (обучение персонала, аудит назначений, циклический мониторинг), а также расширение участия региона в федеральной системе лабораторного надзора.
И в заключении, Анжела Замировна отметила, что рост АМР в РФ и КБР требует комплексных мер: локального мониторинга, обучения персонала, ограничения свободного назначения антибиотиков и внедрения цифровых регистров. Успех возможен только при междисциплинарном взаимодействии врачей, фармацевтов, администрации и пациентов.

